A+

Анатолий Петрович Сидоров: гимн любви, красоте и весне

Этого человека трудно не заметить: всегда приветливый, постоянно улыбающийся и очень общительный – он сильно отличается от других жителей дома-интерната. Как сейчас помню первую встречу с ним: на скромное «Здравствуйте, разрешите Вас поздравить с наступающим Днем Победы» он ответил… стихами. А потом достал гитару (и откуда она только взялась в казенном учреждении!) и предложил… нет, вернее, поставил нас перед фактом, что сейчас споет песню. Но тогда, в предпраздничной суете, мы не успели насладиться его творчеством. Однако дали себе обещание, что обязательно приедем и получше узнаем этого необычного мужчину… 

Итак, знакомьтесь: сегодняшний наш собеседник – поэт, музыкант и просто талантливый рассказчик Анатолий Петрович Сидоров.

I. Поэзия о прошлом

«Я родился 4 марта 1937 года в селе Чердаклы Чердаклинского района Ульяновской области, – начал было рассказывать Анатолий Петрович, но вдруг осекся: – Знаете, все эти даты, пароли и явки – наискучнейшее дело, да и с цифрами, честно говоря, у меня нелады…» Как истинно творческая личность, к моей просьбе поведать о себе, он подошел незаурядно. Вместо обычного повествования в стиле «родился – учился – женился», он, сыграв несколько аккордов на гитаре («Итальянского производства», – заявил он с гордостью), начал декламировать поэму собственного сочинения, посвященную важным моментам его жизни:

Момент рождения я помню в тревоге,
Так как родился в богатой семье.
А родился весной я на Волге –
Ульянов-Ленин земляком приходится мне.

Но мне не повезло с самого детства:
Советская власть раскулачила нас –
Наш дом отобрали под школу,
А нас сослали туда, 
Где Макар и телят не пас.

Мои родственники, кто имел золотишко,
Через Бессарабию в Сербию, за границу, ушли,
Но и там не пропали…
Так как умные были они.

Отец и дед на новом месте 
Вновь хозяйством обзавелись:
Построили дом, держались все вместе,
Трудились и на Бога надеялись.

Я помню, как мать наряжала ёлку,
Чудо-игрушки укрепляла на ней
И нам, детишкам, дарила подарки,
И мы играли у ёлки весь Божеский день.

Отец мой был хороший мастер,
Прекрасную мебель он создавал:
Диваны и кресла, для кухни буфеты…
Жили нормально – никто не хворал.

И всё хорошо бы было,
Но началась вдруг война.
Отца отправили на передовую,
И вскоре похоронка пришла.

Моя мама копала окопы
Зимою и в снег, и в мороз.
Простудилась и заболела –
Никто ей помочь уж не смог.

Но всё-таки мы победили.
И пусть я стал сиротой,
Но это, бесспорно, лучше, 
Чем если б немцы пришли к нам домой.

Мимо нашей школы вилась дорога,
По ней пленных немцев гнали тут.
А мы, первоклашки, по-немецки не знали,
Но кричали: «Гитлер капут! Гитлер капут!»

Без родителей жить было трудно,
И меня сдали в детдом.
Там я окончил семь классов
И на тракториста учиться пошел…

Здесь Анатолий Петрович сбивается на прозу: середина пятидесятых годов, когда в Советском Союзе полным ходом шло освоение целины, стала переломным этапом в его жизни. В этот период молодого тракториста направили вспахивать поля в Казахстане, а после судьба занесла его в Узбекистан, где он продолжил трудиться на благо Родины.

Анатолий Петрович в молодости

…В Узбекистане я встретил девчушку,
Она очень понравилась мне.
И сейчас опишу вам не в шутку,
Как 42 года прожили мы с ней.

В молодости имел я силенку
И деньги умел добывать.
Жену одевал, как куклёнка,
Ни в чем не хотел отказать.

И всё, что она пожелает, 
На блюдечке ей принесу.
Об этом барыги все знают:
Что нужно, везут и несут.

С Байкала – соболиные шубки,
Из Оренбурга – пуховые платки.
От продуктов ломились все полки –
Мы с жиру бесились в те дни.

Драгоценностей много имела –
Это не буду скрывать.
Ее подруга, увидев, аж онемела,
Не смогла даже слова сказать…

О жене собеседник рассказывает с нежной любовью: его голубые глаза смотрят ку-да-то вдаль – в те далекие дни, когда он был очень счастлив. В его голосе нет трагизма – только светлая грусть и благодарность судьбе за то, что свела его с этой женщиной и позволила какое-то время идти с ней рука об руку.

Отрывок песни о любви 

…Но под старость жена заболела,
Отказались врачи от нее.
Рак желудка – гиблое дело.
Настало тяжелое время мое.

И что мы с ней когда-то нажили,
Всё на лекарства ушло.
Но всё бесполезно – умерла бедняжка…
Похоронил в Узбекистане ее.

А теперь я бездомный бродяга.
Нет у меня ни кола ни двора.
Нахожусь в интернате «Березка»,
Да к тому ж с переломом бедра…

II. Проза о настоящем

Некоторые события, произошедшие с нашим героем, сложно описать с помощью поэзии – осадок после них остался в душе Анатолия Петровича навсегда, и вспоминать об этом он не любит. Но, тем не менее, слегка удивленный вниманием к его скромной персоне, он расслабляется и начинает делиться пережитым.

…Известие о гибели на передовой отца, Петра Осиповича, пожилой мужчина помнит смутно – мал тогда был еще. Но зато его письма с фронта, которые бабушка читала вслух, вспоминаются отчетливо: «…нам дали лыжи, белые маскировочные халаты – мы немцев видим, а они нас – нет», – видимо, солдат так хотел успокоить своих родителей и убедить себя, что он в безопасности. Но не помогло: вскоре он погиб.

Через пару месяцев война забрала и маму Клавдию Григорьевну: копая вместе с другими тыловиками ледяные окопы, она серьезно заболела и скоропостижно скончалась. К умирающей ребенка не пустили: боялись, что он испугается, – до того плохо она выглядела. Так и осталась мама в памяти Анатолия Петровича молодой и красивой женщиной, нежно любящей своего сына… 

Мальчик Толя – единственный ребенок в семье – оказался на попечении бабушек и дедушек. Во внуке старики души не чаяли. Чтобы хоть как-то утешить сироту, они постоянно говорили ему, что мама всегда рядом, невидимо оберегает его. Один случай он запомнил на всю жизнь.

На очередную Пасху маленький Анатолий вместе с бабушкой и дедушкой пошел на кладбище посетить могилку матери. Пока мальчик отвернулся, дедушка незаметно положил на памятник яичко, а внуку сказал, что это мама прислала сыну подарок… За этот поступок Анатолий благодарен деду до сих пор.

Вы спросите, как при такой заботе родных мальчик оказался в детдоме? Дело в том, что в родной сельской школе можно было окончить только четыре класса, а чтобы продолжить обучение, необходимо было ехать в районный центр. Поэтому любимого внука и «сдали» в детский дом неподалеку от новой школы, где о нем заботились.

Там наш герой окончил семилетку. Почему не десять классов? «Да знаете, в старших классах оставляли только тех, кто хорошо учился. А я троечником был…» – добродушно делится Анатолий Петрович.

Потом была учеба на тракториста, затем – на автомеханика в Специальном сельскохозяйственном училище. Но получить эту специальность ему не удалось: в 1954–1955 гг. начался призыв на целину, и Анатолий Петрович отправился осваивать казахстанские степи.

В Узбекистане

После двух лет добросовестного труда в Казахстане судьба забросила Анатолия Петровича в Узбекистан, где он также продолжил развивать сельское хозяйство. В документах так и значится: «42 года отработал в республиках Средней Азии механизатором».

«Да, зарабатывал я тогда действительно хорошо… – мечтательно вспоминает Анатолий Петрович. – Хотя и не было у меня высшего образования». Хорошая зарплата позволяла ездить на различные экскурсии, во время которых было много ярких, запоминающихся событий, в том числе юмористических – как, например, случай, произошедший с героем в Эрмитаже.

Любуясь прекрасными произведениями искусства, его экскурсионная группа зашла в один из залов, где стояли скульптуры фараонов и первобытных людей. Около одного из гипсовых бюстов туристы задержались надолго: удивление на их лицах мгновенно сменилось хохотом и шутками в адрес Анатолия Петровича. Когда он подошел к экспонату, то сам не смог сдержать смех: на него «смотрел» неандерталец, похожий на нашего героя как две капли воды!..

… В Узбекистане он встретил свою будущую жену, о которой до сих пор говорит с трепетом – и только стихами:

Ее волшебные волнистые локоны,
Как ручей, ниспадали на плечи…

С любимой они прожили душа в душу больше сорока лет, которые для Анатолия Петровича пролетели как одно мгновение. «Красивая она была, очень хозяйственная. Дети? Нет, не хотели мы их…» – с грустью произносит Анатолий Петрович. Смерть жены стала тяжелым ударом для него. Всё, что происходило с ним в этот период, мужчина вспоминает как страшный сон: прогрессирующая болезнь, продажа всего имущества, чтобы вылечить любимую, отчаяние, смерть, похороны… Анатолий Петрович остался один. Вскоре произошел распад Советского Союза, резко ухудшилось отношение к русским со стороны местного населения – в Узбекистане Анатолия Петровича уже ничего не держало, и он поехал в Россию.

Новый дом

Новым местом жительства стал Талдом. Здесь мужчина купил небольшой домик и попытался начать жизнь с чистого листа, но не тут-то было: чтобы получить российское гражданство, нужно было прожить в стране три года. А на что жить в это время? Новых документов еще нет, старые уже недействительны – как устроиться на работу? Помогли добрые люди в Москве: оформили его под чужой фамилией, и Анатолий Петрович стал дворником. Подъем в три утра, самая первая электричка в столицу, несколько часов с метлой или лопатой в руках, потом дорога домой, много дел по хозяйству – в это тяжелое время он спал по два часа в сутки и работал, работал, работал… Так продолжалось до того рокового дня, когда он упал с мусоровоза и повредил бедро. После этой травмы мужчина уже не мог не только выполнять свои служебные обязанности, но и вести хозяйство. И судьба привела его в дом-интернат.

«Березка»

В «Березке» ему нравится: здесь о нем заботятся, и он может не беспокоиться о том, как прожить следующий день. Вот только воспоминания не дают покоя старику: «Мне обидно за моего деда, который был очень трудолюбивым человеком, и за это его всего лишили. Мне больно за отца и мать – ведь они так рано ушли из жизни. А еще никак не могу смириться с тем, что я, проработавший более 40 лет на благо республик Советского Союза, оказался никому не нужным в новой России…» – с горечью произносит Анатолий Петрович, замолкает на мгновение и ободряюще добавляет: «Ну что уж тут, ладно… Здесь меня кормят и одевают, всего хватает. В общем, доволен я». 

Действительно, вот парадокс: человек, честно трудившийся всю жизнь, получает минимальную пенсию… Почему так? Откуда взялось такое поверхностное отношение к старикам, которые ставили страну на ноги? Анатолий Петрович задает эти вопросы и не находит на них ответа, и ему больно…

Рассказ о наболевшем словно выбивает старика из колеи: он начинает волноваться, его лицо краснеет, а руки нервно перебирают потрепанные тетрадные странички со стихами. Чтобы отвлечь и успокоить старика, перевожу тему в более приятное для него русло – увлечение поэзией.

Мужские слабости

Говоря о своей «слабости» – поэзии, Анатолий Петрович преображается: его глаза светятся счастьем, он эмоционально жестикулирует и декламирует, декламирует, декламирует… Читать стихи он может часами, главное – чтобы был благодарный слушатель, который готов посвятить ему свое время. А оно при общении с этим интересным человеком пролетает незаметно.

«Когда я начал писать стихи? Еще в школе. Со счетом у меня беда – таблицу умножения до сих пор не знаю, – виновато улыбается рассказчик. – А вот литература – моя тема, словесные науки всегда хорошо у меня шли. Помню, первые пробы пера были еще в средних классах, когда я писал для школьной стенгазеты. Потом, когда начал уже работать, сочинял критические стихи…» Анатолий Петрович не мог оставаться равнодушным, видя несправедливость. Желая добиться правосудия, он обличал недобросовестных людей с помощью поэзии: 

Куда нам обратиться: 
В трест или райком? …

Правда, природа, дружба, встреча, любовь – тематика стихов нашего поэта разнообразна, но объединяет их одно: все его произведения очень добрые и светлые, как и сам их автор.

Особое место в творчестве Анатолия Петровича занимает лирика, посвященная женщинам. Подруга, соседка, знакомая, случайная прохожая или возлюбленная – от любого из этих образов, созданных в стихах поэта, так и веет каким-то благоговением, восхищением и преклонением перед женской красотой, которая, по тонкому замечанию рассказчика, может быть и внешней, и внутренней.

Вот, к примеру, стихотворение, посвященное одной из сотрудниц дома-интерната, с которой у героя этой истории сложились теплые дружеские отношения:

Комплимент

Посвящается социальному работнику Вере Константиновне

Я давно мечтаю воспеть женщину
С необыкновенной красотою души,
Чтоб, взглянув на нее, как на жемчужину,
Все тянулись бы к ней, как малыши.
Милая женщина, Вы ни с кем не сравненная,
Про других даже не стану упоминать –
Всё равно не найдется никто для сравнения,
Не хочу я и время терять.
Вы можете меня терпеливо выслушивать, 
Если возникнет какой-то вопрос.
И можете, как мать, посочувствовать
Так, что я бываю растроган до слез.
Вы юбиляра с днем рождения поздравите
И подарок вручите от души,
И здоровья ему пожелаете –
В любом облике Вы хороши.
Вы нас по музеям поводите,
С достопримечательностями ознакомите нас,
Вы интересно с нами время проводите,
Мы рады как дети, всё высший класс.
Вы на посиделках с профессиональным умением
Интересную статейку почитаете нам.
Ну а я под гитару поддержу компанию пением
И новое стихотворение прочитаю Вам.
Но если Вам придется отлучиться,
К примеру, время в отпуск подойдет,
А для меня даже небо начинает слезиться:
Днем и ночью ливень всё льет, льет и льет…
Ну а только Вы начинаете на горизонте, как Бог, появляться,
Сразу светлее становится вдруг,
И я начинаю улыбаться –
Значит, Вы настоящий друг.
И сразу у меня появится колбаска,
Мне ее, кроме Вас, никто не принесет.
Мне нравится также красная икра и грудинка,
А натуральный мед мне с чайком подойдет.

Я вот о чем с тревогою думаю:
Если вдруг проживу до 120 лет,
Вы к тому времени уйдете на пенсию,
И для меня померкнет весь белый свет.
Но пока Вы в доме-интернате работаете,
Я могу видеть Вас хоть глазком,
Вы своим присутствием мне жизнь продлеваете.
Поживем – увидим, и Вы убедитесь в том.

Такое написать может только лишь Толька –
Не унывающий и не стареющий человек.
Он одного лишь желает постольку:
Мечтает продлить свой и Ваш жизненный век.

Даже в, казалось бы, обычном описании выставки, которую посетил наш герой (Анатолий Петрович очень любит подобные мероприятия), есть строки, которые растопят сердце любой женщины:

На выставке

Сегодня на выставке мы побывали,
Галерею портретов мы созерцали.
У меня аж дух перехватило –
Всё там чудесно, всё там красиво.
Перед каждым портретом я б романсы играл
На любимой гитаре на весь актовый зал.
Соловьем заливался бы и песни я пел,
И душою, и сердцем я к ним прикипел.
Я смогу портреты в стихах описать,
Но стихи мои не каждый захочет признать –
Лучше раз самому всё наблюдать,
Чем мою писанину долго читать.
Вот на портрете медсестра со шприцем,
Она приготовилась сделать укол,
Санитарная маска, белоснежный халат,
Ей спасибо сказал бы сам Гиппократ.
А вот в пилотке с портрета смотрит девчушка,
Выразительно пальчик приложивши к губам:
Дескать, прошу вас, помолчите немножко
И не давайте воли словам.
А цветы там какие! От них аромат,
И ромашки, тюльпаны и розы стоят.
В саду распустился яблони цвет
И мне неизвестный красивый букет.
Над тычинками-пестиками пчелы жужжат,
Они опыляют тот сказочный сад.
В ромашках красавица лежит на лугу,
Но к ней я приблизиться никак не могу.
Если это случится со мной наяву,
С трепетом в сердце я к ней подойду.
Но жаль, что не знаю, как ее звать,
А фотограф Елена постеснялась имя назвать…
Ну ладно, спасибо, что нас просветили,
Мы рады, как дети, и счастливы были.
И пусть мне приснится еще раз во сне:
С портрета красавицы сходят ко мне.

Цветы и женщины – как они сочетаются.
Цветы и женщины – это мир на земле.
Пусть в цветах красивые дети рождаются,
А я пою гимн любви, красоте и весне.

5 марта 2009 года

Достойный поступок

Подводя итоги своей жизни, Анатолий Петрович вспоминает поступок, которым он гордится.

Было это в Узбекистане. По соседству с семьей Сидоровых жил фронтовик. Он был уже немощен и болен экземой. Его жена, желая избавиться от такой обузы, наняла киллера. В тот момент, когда убийца уже хотел осуществить свой злой замысел, по какому-то вопросу в дом зашел наш герой. Моментально оценив ситуацию, Анатолий Петрович попытался остановить наемника. Завязалась драка. «Я даже не догадывался, что этот преступник – мастер спорта по борьбе», – скажет потом собеседник. Несмотря на физическое превосходство соперника, Анатолий Петрович смог дать ему достойный отпор и защитил больного мужчину… Правда, этот сосед его так и не поблагодарил.

Смысл жизни

Стих о заблудшей душе

Вопрос о смысле жизни не застал Анатолия Петровича врасплох – он о нем давно размышлял, и эти искания вылились в следующий мини-цикл стихотворений:

Смысл жизни

И можешь ты считать,
Что жизнь прожил не зря ты.
Продолжение рода – вот всему венец,
А родителям награда – дети и внучата:
Твоему роду не грозит конец.

Цель жизни

Я Богу исполню небесную оду,
От начала до конца, от фонаря до коды.

Итог жизни

Вот и лето прошло,
Начинается осень,
Ничем не удержишь дорогое тепло.
Я вспоминаю о юге, о любимой подруге.
Золотое времечко мое утекло.
И никто не узнает,
Как мы с тобою влюблялись,
И о том, как встречались 
Под чинарой густой.
Ты была молодой и красивой,
И я был молод и холостой…

Взгляд в будущее

Несмотря на множество пережитых трудностей, Анатолий Петрович не унывает, даже наоборот – он само воплощение оптимизма среди окружающих его стариков. Секрет его позитивного взгляда на жизнь заключается в соблюдении двух правил: всегда благодарить мир за то, что имеешь, и заниматься любимым делом.

Наш герой очень благодарен интернату за крышу над головой, заботу и внимание. Своему новому дому он посвятил следующие строки:

Благодарность дому-интернату «Березка»

Мы трудную жизнь прожили на свете,
Нам бы внуков на будущий путь наставлять.
Но мы сами, как малые дети,
Не можем собой управлять.
Я, хоть и не психолог, но всё же вижу,
Что за каждым из нас нужен уход.
А как это сделать? Я так предвижу:
К каждому нужен индивидуальный подход.
И сколько же надо терпения
Для работников этого учреждения, 
Чтобы нас, больных, обогреть, обмыть, накормить.
И я от души всем спасибо скажу,
Что здесь нахожусь я, словно в раю.
Все условия для жизни есть,
Всему персоналу – хвала и честь.
Государству спасибо, что нас не забыло:
Беспомощным пенсионерам трудно бы было.
Хорошо, что есть такой дом-интернат –
Нас, стариков, приютил, как детсад.

Поэзия и игра на любимой гитаре – источник вдохновения для Анатолия Петровича. Его выступления со стихами и песнями собственного сочинения – гвоздь любого мероприятия в «Березке». Когда пожилой мужчина начинает декламировать или петь, он выглядит абсолютно счастливым. «Мечта? Конечно, есть, – рассказчик переходит на шепот, словно боится кого-то спугнуть. – Хочу научиться профессионально играть на гитаре. Мне очень нужны ноты: произведения Михаила Тимофеевича Высотского (темы с вариациями), Андрея Осиповича Сихры и Сергея Орехова», – подмигивает мне и мечтательно смотрит вдаль.

Спецпроект: