A+

Зинаида Павловна Прыткова: из чего складывается жизнь

Судьба героини нашей сегодняшней истории – Зинаиды Павловны Прытковой – тесно переплелась с событиями Великой Отечественной войны и послевоенных лет. Они оставили неизгладимый след в душе этой женщины, сформировав особенное мировоззрение, характерное для многих представителей ее поколения, закаленного пережитыми бедами и лишениями. 

Рассказ Зинаиды Павловны, как равнинная река, льется плавно, степенно и размеренно. Она неторопливо перебирает пальцами и с глубоким вздохом погружается в воспоминания минувших дней. Ее голос раздается словно из далекого прошлого, и кажется, что стены комнаты, где мы ведем беседу, исчезают: вместо них появляется уютный деревенский домик на опушке и маленькая девочка, которая мирно играет на крыльце. Она еще не знает, что завтра начнется война, и ее жизнь никогда не будет прежней…

Зинаида Павловна Прыткова родилась 22 октября 1934 года в деревне Гирьи Беловского района Курской области. До рождения дочери ее мама Екатерина Григорьевна Вакуленко работала телефонисткой на местном заводе, а после появления ребенка стала заниматься домашним хозяйством. Папа Павел Яковлевич Вакуленко был механиком транспортных средств: в его ведении находилась различная техника – от легковых автомобилей до сельскохозяйственных машин.

На войне

Когда началась Великая Отечественная война, Зинаиде было шесть с половиной лет, и то время она помнит хорошо. Еще до нападения немцев, по ее словам, тревога буквально витала в воздухе, в семье чувствовалось гнетущее напряжение. Как она, маленькая девочка, узнала о приближающейся трагедии? По плачу матери. До последнего момента родители скрывали от Зинаиды, которая очень любила своего отца, что он уходит на фронт – не на день, не на неделю, не на месяц, а надолго, может быть, навсегда. Мама, сохранявшая самообладание до последнего, в момент прощания с мужем не выдержала и зарыдала. И тогда девочка всё поняла и тоже заплакала. Павел Яковлевич, крепко обняв жену и дочь, на прощание сказал: «Я вернусь». И сдержал свое обещание.

Говорят, в первые месяцы ВОВ наша страна, которую враг застал врасплох, не отличалась организованностью, и подготовка к отражению нападения была спонтанной. Но, по словам женщины, это было не так: в первый же день в их деревне провели мобилизацию – собрали всех механизаторов и вечером 22 июня 1941 года увезли под Курск, где расквартировали батальон аэродромного обслуживания. Папа Зинаиды, прошедший финскую войну, уже был офицером, поэтому его назначили командиром автороты. Навыки и знания Павла Яковлевича в области механики транспортных средств очень пригодились в годы ВОВ: он отвечал за техническую исправность самолетов. Начав защищать Родину в должности старшего лейтенанта, к концу войны он стал капитаном и получил орден «За личное мужество». Награда досталась ему нелегко, вернее, он вообще не думал о ней, а лишь спасал жизни своих товарищей. Произошло это так.

Во время очередной ночной бомбардировки немцы сбрасывали на аэродром зажигательные бомбы, и одна из цистерн с горючим загорелась. Вокруг нее находились готовые к вылету самолеты с полными баками, уничтожение которых привело бы к гибели многих людей и потере техники, помогающей защищать Советский Союз в небе. Резервуар с топливом мог взлететь на воздух в любую минуту, медлить было нельзя: Павел Яковлевич сел в трактор и толкал цистерну до тех пор, пока она не оказалась в безопасном месте, где и взорвалась, не причинив никому вреда. 

В составе автороты Павел Яковлевич прошел всю войну. В свое время, когда маршал Жуков хотел создать советскую оккупационную зону в Берлине, всех офицеров, не покидавших фронт с первого до последнего дня войны, он приглашал на собеседование и хотел сформировать из них спецподразделение в столице Германии. На прием к легендарному человеку попал и отец Зинаиды. На предложение маршала остаться в Берлине для сверхсрочной службы и перевезти сюда свою семью он ответил: «Я работник сельского хозяйства, и моя душа рвется домой…» В начале 1946 года Павел Яковлевич наконец-то вернулся к родным, на долю которых за эти годы тоже выпало немало испытаний.

В тылу

В тылу Зинаиду с мамой судьба не раз испытывала на прочность. А началась череда нелегких дней так же, как и война, неожиданно.

В первые месяцы сражений немцы стремительно продвигались на Восток, с оккупированных территорий поступала информация, что фашисты бесчинствуют и издеваются над семьями коммунистов. Враг уже приближался к Москве, и на еще свободных землях Курской области было принято решение о срочной эвакуации. Взяв теплые вещи, Екатерина Григорьевна с дочкой, в числе других односельчан, села в автобус, направлявшийся за Урал. 

В первую ночь их привезли в Курск, накормили, погрузили в автобус ящики с сухим пайком: голландским сыром, белым хлебом, сахаром – и отправили вглубь страны… Однако до намеченного пункта они так и не добрались: немцы перекрыли дорогу. Эвакуированные оказались отрезанными от основного тыла и два года войны – с 1941 по начало 1943 года – так и ездили вместе с нашими воинскими подразделениями: впереди отступающей части и сзади наступающей. Пожалуй, за всю последующую жизнь Зинаида столько не путешествовала, сколько за эту пару лет… если, конечно, это можно назвать путешествиями.

Везде, куда приезжали беженцы, были очень приветливые, радушные люди. Чтобы решить проблему расселения, руководство страны издало жесткий приказ, обязывающий жителей размещать в своих домах эвакуированных. Но многие открывали двери для нежданных гостей не только из-за этого, но и по велению сердца. Нередки были случаи, когда хозяева уступали эвакуированным свои кровати, а сами с детьми ютились на печи. 

Зинаида с мамой не голодали: у них был аттестат, который выдавали семьям офицеров, дающий право на получение денежного довольствия. А еще Екатерина Григорьевна взяла из дома ручную швейную машинку и подрабатывала портнихой.

За два года поездок по городам и весям средней полосы Советского Союза автобус стал для Зинаиды родным домом. Некоторые населенные пункты, в которых ненадолго останавливалась их воинская часть, так и остались в памяти женщины мимолетными вспышками. Другие же места запомнились надолго – как, например, Рязанская область, в которой подразделение пробыло продолжительное время, и девочка Зина успела окончить первый класс. Потом был Елец Липецкой области, где семья прожила полгода. 

С этим городом у Зинаиды связаны страшные воспоминания. Во время немецких бомбежек все жители спускались в каменные подвалы, которые были надежной защитой разве что от осколков: любое прямое попадание снаряда прошивало дом насквозь, включая убежище. Не всем везло во время тех бомбардировок: некоторые, спасаясь от смерти в этих подвалах, оставались там навсегда. После очередного сигнала тревоги люди со страхом отправлялись в домашние бункеры, не зная, выйдут ли из них. Но семье Зинаиды повезло: они остались живы и спустя два года, когда освободили Курск, вернулись домой.

В оккупации

Родственникам Зинаиды с маминой и папиной стороны повезло меньше: они оказались на оккупированной территории. О том, как захватчики хозяйничали на их родной земле, они потом долго рассказывали нашей героине. Особенно ей запомнились две истории.
Деревню Гирьи разделяла надвое небольшая речушка. На одной ее стороне жили эсэсовцы, а на другой базировалась хозяйственная часть немцев. Два берега – два типа людей. Очевидцы рассказывали, что обычные солдаты Германии кардинально отличались от бойцов спецподразделений: они сочувственно относились к местным жителям и иногда из своей полевой кухни подкармливали наших голодных детей. Тетя Зинаиды, оставшаяся одна с тремя малолетними детьми, вспоминала, как один немецкий солдат объяснял ей на своем языке, что у него дома тоже остался маленький ребенок, и ласково гладил ее сына по голове.

За рекой – там, где располагались эсэсовцы, – был небольшой лес. Боясь нападения партизан и всеми силами стараясь не допустить малейшую вероятность контактов с ними, сельчанам строго-настрого запретили даже смотреть в его сторону, и полицаи тщательно за этим следили. Поскольку проход в лес был закрыт, у жителей не было возможности заготовить дрова, и топить дома было нечем. Многие собирали сосновые шишки, иголки, солому и разжигали ими печи. А если кто-то находил какую-нибудь деревяшку – радости не было предела. Однажды двоюродный брат Зинаиды, которому тогда было восемь лет, пас на опушке корову и увидел поваленную сосну. Она была аккуратно распилена на части, а обрубленные ветки кто-то заботливо сложил в кучу. Мальчик не смог удержаться от соблазна – взял два сучка и отнес домой. По следам от веток и обломкам дерева, оставленным на дороге, маленького воришку нашел полицай. Он пришел к тете Зинаиды и спросил: «Твой сын ходил в лес?» – «Мой», – ответила женщина. Мужчина больше ничего не сказал и ушел. А вскоре к ним в дом пришел немецкий комендант с переводчиком и начал допрашивать мальчика: «Куда ходил?», «Встречался ли с партизанами?» Ребенок лишь испуганно смотрел на немца – слова застряли у него в горле. У тети кровь застыла в жилах, когда фашист вынес приговор: «Расстрелять!» Она бросилась на колени перед комендантом, обхватила его ноги и, целуя пыльные сапоги, со слезами на глазах умоляла: «Пан! Это же ребенок. Пощади его!» Немец долго терпел, а потом снял с плеча автомат, несколько раз ударил прикладом валявшуюся в его ногах женщину и ушел… Дрогнуло сердце фашиста.

А брат на всю жизнь запомнил этот день – свой второй день рождения. Он стал достойным человеком: окончил школу, затем – артиллерийскую академию, дослужился до звания полковника. Не так давно он умер, прожив долгую и интересную жизнь.

Вспоминая рассказы родственников о периоде оккупации, Зинаида говорит, что было всё: и милосердие, и жестокость, и дружба, и предательство. Но надо отдать должное немцам: они не мешали местным жителям вести хозяйство, и люди по-прежнему сажали огороды, благодаря чему была решена проблема пропитания. Хотя оккупанты отнимали у них львиную долю урожая, еды хватало всем, ведь огороды были очень большие – по 80 соток. За всё время присутствия захватчиков в деревне произошло только одно событие, повергнувшее всех в шок: фашисты распяли на дереве молодую учительницу. За что – никто не помнит.

После войны

Когда закончилась Великая Отечественная, люди стали возвращаться домой и восстанавливать страну после разрухи. Только не все пришли с той войны: в деревне Гирьи из всех ушедших на фронт мужчин вернулись только трое, в том числе отец Зинаиды. Около трехсот дворов остались без кормильцев. Многих курян «покосило» во время зимнего наступления 1942 года.

Пахать было не на чем, техники не было, мужчины погибли. А обработка земли была делом первой необходимости: нужно было засеять огород, чтобы прокормить семью. Поэтому женщины пахали на коровах. Это было так тяжело, что во время работ плакали и женщины, и коровы… Вспоминая слезы людей и животных, наша рассказчица на минуту замолкает: кажется, что их боль навсегда осталась в ее сердце.

А потом героиня продолжает свой рассказ. В ее голосе звучит гордость, когда она говорит о советском правительстве, которое в годы войны имело непререкаемый авторитет. Все обязательства, которые оно давало людям в это страшное время, были выполнены. Например, когда немцы стремительно наступали, весь домашний скот погнали на Восток – чтобы он не достался врагам. А владельцам домашних животных дали расписку, что после возвращения из эвакуации они имеют право из первого колхозного двора взять любую корову. Так и случилось. На второй день после возвращения в родную деревню Вакуленко получили корову. 

Некоторые люди возвращались к руинам: в этой тяжелой ситуации, когда человек может растеряться, не зная, с чего начать восстановление хозяйства, советское руководство имело четкий курс послевоенного развития страны и действительно помогало своим гражданам…

Тяготы войны не прошли бесследно для семьи Вакуленко: в результате частых переездов, многочасового сидения в сырых подвалах Екатерина Григорьевна и Зинаида «заработали» бронхит.

Дорога к знаниям

В 1943 году, вернувшись из эвакуации, Зинаида пошла в школу, вернее, продолжила обучение: за два года переездов она поменяла шесть школ. Дорога к знаниям была неблизкой: образовательное учреждение находилось в 5 километрах от дома, и каждый день девочка туда и обратно преодолевала 10 километров. 

Ее усердие и трудолюбие были вознаграждены: она окончила школу с золотой медалью. А потом вместе с папой выпускница поехала поступать в Харьковский университет. Приемная комиссия задала лишь один вопрос, да и тот был адресован не девушке, а ее отцу-офицеру: «В оккупации были?» – «Нет», – и Зинаиду приняли в ряды студентов. 

Она ни на минуту не пожалела о принятом решении: здесь прошли самые счастливые годы ее жизни. Получив прекрасное образование по дисциплине «радиофизика и электроника», молодой специалист оказалась перед выбором: куда поехать работать – в Днепропетровск, Харьков или Подмосковье? В то время было модно работать по распределению в Московской области, и многие друзья Зинаиды переехали сюда, что и предопределило ее решение. Так она попала в Запрудню.

Выбраться из одиночества

Первое впечатление от поселка было не из приятных: девушка шла от автобусной остановки и поливала землю слезами: «Куда я попала?» На Украине – белые домики, зеленые сады, а здесь даже палисадников не было. Это сейчас Запрудня преобразилась, а раньше она представляла собой невеселое зрелище. Но деваться было некуда: выбор сделан, да и возвращаться в родной дом не имело смысла – там ее никто не ждал… 1958 год стал для семьи трагическим: в возрасте 54 лет от онкологического заболевания умер папа, спустя полгода из-за этого же недуга не стало и мамы. И Зинаида осталась одна. 

Дом – работа – дом – отпуск: годы пролетали один за другим, мало отличаясь друг от друга. Зинаида хорошо зарабатывала, ездила отдыхать на море. Всё складывалось хорошо, но не так, как ей бы хотелось. Она до сих пор сожалеет о сделанной много лет назад ошибке: отъезде из Харькова. «Не надо было покидать место, где была так счастлива, – печально говорит собеседница. – Может быть, и жизнь сложилась бы по-другому». (Мне хочется крепко обнять эту женщину и сказать ей что-то ободряющее, но я не могу выдавить из себя ни слова: мы обе знаем, что те годы уже не вернуть, и нет пути назад…– Прим. авт.) «Но сейчас, в свете последних событий на Украине, у меня всё чаще возникает мысль: а вдруг это Божий промысел, что я уехала оттуда?» – неожиданно заключает женщина.

Об Украине

Зинаиду Павловну до глубины души тревожит сложившаяся ситуация на Украине. В этой стране живут ее двоюродный брат, племянница, здесь родился ее папа (и она наполовину украинка), прошли ее замечательные студенческие годы, и она любит эту землю всем сердцем. Украинский народ хлебнул много горя во время Великой Отечественной войны – боль от него надолго осталась в памяти людей. Освобождение страны, тогда еще Республики СССР, от фашистов – здесь великое событие. Об этом говорит хотя бы такой случай, свидетельницей которого была наша героиня: несколько лет спустя после Великой Победы в Харьков приезжал прославленный советский диктор Левитан. На встрече с ним люди, пережившие оккупацию, попросили Юрия Борисовича прочитать не сообщение о подписании капитуляции, не объявление 9 Мая Днем Победы… а сводку об освобождении Харькова. Когда самый узнаваемый голос Советского Cоюза зазвучал под сводами зала, люди заплакали навзрыд.

Женщина не может поверить, что сейчас в этой стране получило развитие движение бандеровцев. «Степан Бандера, – рассказывает героиня, – был фашистом высшей марки. Он и его подельники творили ужасные вещи: они распиливали живых наших солдат, варили их в котлах… Даже немецкие нацисты не позволяли себе этого».

Семья

Любовь? До 27 лет подобные мысли героине даже в голову не приходили. А после… После всё более тягостными становились раздумья об одиночестве: нет рядом близких, друзей – никого… И она решила выйти замуж.

Муж был на два года младше Зинаиды и служил в Венгрии. До встречи с будущей женой он многое пережил: попав в водоворот Венгерской революции 1956 года, молодой солдат оказался в плену. Там он чуть не умер: похудел до такой степени, что при росте 186 сантиметров весил 46 килограммов. Впоследствии он рассказывал Зинаиде, что когда ходил по улице, то чувствовал языком ветер – до того тонкая кожа была на щеках, словно полупрозрачная пленка. Но он выдержал. Вскоре его освободили, и он приехал работать в Запрудню – на тот же завод, где трудилась наша героиня. Там они и познакомились, а вскоре поженились.

Об этом этапе своей жизни Зинаида Павловна рассказывает неохотно: брак не был удачным. Два человека, связавшие свои судьбы от безысходности: она – чтобы избежать одиночества, он – кто знает, может, тоже по этой причине, – не смогли построить любовь и создать счастливую семью. В результате этого союза у них родилась дочь Альбина. Сейчас она замужем, живет в Москве.

В 1988 году в результате глазного заболевания Зинаида Павловна потеряла зрение. (Это очень больная тема для нашей собеседницы, ведь для нее с наступлением слепоты прекратилась жизнь. Слова даются ей с трудом, голос надрывается, и до этого невозмутимое лицо начинает нервно подергиваться. – Прим. авт.) И без того напряженные отношения с мужем стали еще холоднее. Зинаида Павловна чувствовала, что он тяготится больной женой, хотя вида, конечно, не подавал. Всё больше времени мужчина начал проводить с друзьями, распивая спиртное. Дочери было не до нее: работа, семья, бесконечные дела. Женщина опять осталась одна. Так она попала в дом-интернат «Березка».

Дом-интернат

В первый раз Зинаида Павловна приехала в «Березку» в 1998 году и прожила здесь три месяца, о которых вспоминает с благодарностью: в доме-интернате она отдохнула душой и получила огромный заряд позитива. Потом она периодически сюда приезжала на непродолжительное время, а последние шесть лет живет здесь постоянно.

Сотрудники социального учреждения заботятся о ней, не забывает и родная дочь: она регулярно приезжает к матери и всё хочет забрать ее к себе. Да вот только Зинаида Павловна не желает ехать в столицу: Альбина постоянно на работе, поэтому наймет для матери сиделку, но престарелой женщине не хочется обременять дочь, да и подпускать к себе незнакомого человека. К тому же около нее там никто не будет сидеть круглые сутки, а она даже газ самостоятельно не может зажечь. А в «Березке» – все свои, родные, и в любую минуту готовы помочь.

Подводя итоги

Что наша героиня считает самым ценным в жизни? Благие дела. «Без добрых поступков никак нельзя, – утверждает женщина, – из них складывается судьба». По мудрому замечанию нашей собеседницы, это необязательно должен быть какой-то подвиг: множество маленьких добрых дел образуют одно большое – подчас дело всей жизни.

Какой поступок она больше всего запомнила? Никакой. Их было очень много: каждый день – новый поступок. У кого-то проблемы с жильем – ведущий технолог Зинаида Павловна спешит на помощь, неприятности в семье – она даст дельный совет, другие личные проблемы – побеседует по душам, чтобы не ранить человека ни словом, ни делом. Самая лучшая плата за добро, которую получала женщина, – это благодарность людей. Они до сих пор помнят, как Зинаида Павловна поддерживала их в трудную минуту, и навещают ее. Точнее, навещали до недавнего времени – пока она не запретила им приходить к ней. Почему? Некоторые люди из прошлого напоминают Зинаиде Павловне о тяжелых и счастливых периодах ее жизни, она сильно расстраивается, и у нее поднимается давление. Ей очень трудно победить безысходность, которую она чувствует с тех пор, как потеряла зрение, но она держится и старается смотреть на жизнь позитивно – не глазами, а душой.

Спецпроект: