A+

Любовь Михайловна Замулина: жить, любить, верить

Вся жизнь героини этой истории связана с поселком Вербилки Московской области. Здесь она появилась на свет, сделала свои первые шаги, пошла в школу, встретила известие о войне, трудилась, влюблялась, строила планы… Сейчас, к 95-му году жизни, у нее огромный багаж знаний, опыта и мудрости… которыми не с кем поделиться. Она крепко держит меня за руки – будто боясь, что я убегу, не дослушав ее, – и взахлеб рассказывает о своем приключении длиною в жизнь.

Любовь Михайловна Замулина (в девичестве – Коршакова) родилась 16 августа 1919 года. Ее отец умер, когда она была еще маленькой, и мама осталась одна с шестью детьми. Она работала на местном заводе: имея прекрасные художественные способности, разрисовывала фарфоровые чашки. Жила семья дружно, четыре брата и две сестренки прекрасно ладили друг с другом и во всём помогали маме.

Великая Отечественная война, оставившая свой след в жизни почти каждой семьи Советского Союза, не обошла стороной и дом Коршаковых: после первых сводок информбюро всех братьев Любови Михайловны призвали на фронт. О судьбе каждого из них героиня рассказывает с волнением.

Родная кровь

Старший брат Геннадий Михайлович Коршаков был бомбардировщиком. Храбро сражаясь в небе за родную страну, он прошел всю войну. Семья с нетерпением ждала возвращения своего героя, но… получила похоронку: за день до Победы он погиб – его сбил вражеский самолет.

Второй брат Константин до войны окончил ремесленное училище и трудился на заводе. В 1941 году в качестве стрелка он также оказался на полях Великой Отечественной, прошел ее с первого до последнего дня, был ранен, но выжил и, когда всё закончилось, вернулся домой.

Творческие способности матери передались третьему сыну – Николаю. Он окончил художественный институт в Москве и до войны работал в столице по полученной профессии, а потом тоже сражался с немцами – отважно, доблестно и отчаянно. Остался жив и после четырех страшных лет вернулся к семье и любимому делу.

Голодное время

Когда мужчины ушли на фронт, для семьи Коршаковых наступили тяжелые времена. «Было трудно, – вспоминает Любовь Михайловна. – Мы ходили по окрестным селам и меняли вещи, чтобы купить хоть что-нибудь из еды… Но мы выдержали и вместе со страной пережили голодный период». После войны семья купила корову, и, по меткому замечанию женщины, они ожили.

Ответственность – не пустое слово для Любови Михайловны: в двадцать с небольшим она уже была уважаемым человеком в Вербилках. На нее полагались многие жители поселка, ей доверяли, к ее мнению прислушивались. Любовь Михайловна была депутатом местного совета и вела его бухгалтерию. А когда началась война, на ее хрупкие плечи легла вся административная работа в поселке. Сейчас она удивляется, как в те времена могла делать то, что не каждому мужчине по силам. Но тогда у героини даже времени не было, чтобы испугаться: перед ней стояла задача, которую надо срочно выполнить  – кругом война, и необходимо действовать быстро. И она выполняла. Со слезами, порой – отчаянием и болью, но выполняла.

Однажды пришел приказ: необходимо в кратчайшие сроки разгрузить железнодорожный вагон. А кому? В поселке лишь одни женщины и дети. Но Любовь Михайловна – руководитель и головой отвечает за выполнение задания. Собрав школьниц и молоденьких девушек, она направилась к платформе, думая, что работы здесь от силы на пару часов. Увидев, ЧТО надо разгрузить, люди оторопели: в вагоне лежали… мины! (В годы войны в Вербилки привозили пустые снаряды для зарядки. Они были очень тяжелыми: только один ящик с алюминиевыми минами поднимали несколько мужчин. – Прим. авт.) Как женщины ни старались, они не смогли сдвинуть с места ни один снаряд. На часах – девять вечера, а рано утром следующего дня уже необходимо было зарядить мины и отправить их на фронт: время не ждет, и в бою, когда жизнь висит на волоске, каждый солдат надеется на своевременную помощь из тыла. Одна из девушек, тщетно пытавшихся разгрузить вагон, не выдержав, выкрикнула в сердцах: «Пойдемте, девчонки, отсюда! Пусть она сама разгружает!» – и пошла прочь, а за ней направились остальные горе-грузчицы… А Любовь Михайловна растерянно продолжала стоять около злосчастного состава. Мысли проносились одна за другой: что делать? Кого звать на помощь? Как выполнить приказ? Ее душили слезы, холодный ветер хлестал по щекам, а она всё стояла и думала. Но делать нечего: в одиночку-то у нее точно ничего не получится, и она пошла домой. Проведя бессонную ночь, утром девушка направилась в сельсовет, не готовя себя ни к чему хорошему: задание не выполнено, армия вовремя не получит мины, а виной всему – она, плохой организатор. Каково же было ее удивление, когда она поняла, что руководство не собирается ее наказывать и с пониманием относится к возникшей проблеме недостатка физических сил у хрупких девушек… «Ничего, привлечем мужчин. Приедут – разгрузим!» Любовь Михайловна вздохнула с облегчением. 

Вспоминается нашей рассказчице еще один случай, который она запомнила на всю жизнь.

В середине войны, а может, чуть позже, среди ночи пришло распоряжение: необходимо срочно истопить баню для солдат, а потом приготовить им одежду. Вот это была задача так задача! Откуда взять штаны и рубахи? В те годы самим-то носить было нечего! Вскоре в поселок прибыла рота солдат. При взгляде на них щемило сердце: до того грязными, рваными и вымотанными были наши русские воины. Видно, многого натерпелись – возможно, вырвались из окружения. Их уставшие, изможденные лица были покрыты таким слоем пыли от окопов, что на них были видны только белые зрачки, которые сверкали, как огоньки. Женщины отправили солдат в баню – отпаривать настрадавшиеся в боях косточки, а сами принялись за дело: созвали местных активисток, принесли из дома ручные швейные машинки и из имевшихся материалов начали творить… За ночь они нашили белье для всей роты! Настоящие русские женщины!

Добрая весть

О том, что немецкие войска отступили, рассказчица узнала с топором в руках. Произошло это так.

Был трескучий мороз. Любовь Михайловну и еще пять девушек послали в лес – нарубить деревьев для строительства противотанковых заграждений. Из всего «стройотряда» только наша героиня до этого держала в руках топор и пилу, остальные же «лесорубы» пользовались этими инструментами впервые. Вряд ли можно сказать, что дело у девушек спорилось: надрубив дерево с одной стороны, они кое-как спилили первое (оно повисло на ветках соседних деревьев), потом с грехом пополам – другое. Когда принялись было за следующее, приехала машина. Водитель, высунувшись из окна, весело крикнул: «Девчонки, кончай пилить! Немцы отступают!» Услышав эту замечательную новость, молодые строители с радостью отправились домой, оставив недопиленные деревья в лесу.

Построить любовь

После войны Любовь Михайловна продолжила работать бухгалтером в поселковом совете. Она долго не выходила замуж: говорит, было не до этого. Конечно, ведь ее молодость не назовешь безоблачной: сначала война, потом – долгое восстановление страны. «Кавалеры были, – хихикает рассказчица, – но мне никто не нравился». К слову, Любовь Михайловна была видной девушкой в поселке. Она активно занималась спортом: была хорошей лыжницей, участвовала в марафонах, ездила на различные соревнования, в том числе в другие города. «Я была очень сильная, – с гордостью и сожалением о прошедшей молодости вспоминает героиня. – Пять километров проходила на лыжах за 50 минут». В спортивных стартах среди сотрудников предприятий фарфорово-фаянсовой промышленности она не раз занимала первое место… Словом, некогда ей было устраивать личную жизнь. Пока не появился он.

Бравый солдат Иван защищал нашу Родину во время Великой Отечественной, был ранен, но, к счастью, легко. Когда война закончилась, он продолжил службу в Советской армии: возвращаться домой, на родную Украину, было не к кому – его мама, единственный родственник, умерла вскоре после 45-го. Через пару лет один знакомый позвал Ивана жить в Вербилки: мол, здесь есть хороший фарфоровый завод, интересная работа, да и поселок очень уютный. Так молодой человек попал туда, где встретил свою любовь и обрел дом.

В те времена были редки продолжительные ухаживания, всё было четко и понятно: если любишь – женись или выходи замуж. Недолго раздумывала и Любовь Михайловна и уже вскоре стала законной супругой. У Замулиных родился сын Александр.

Дружная семья Коршаковых хорошо приняла зятя, братья Любови Михайловны во всём поддерживали молодоженов. Сначала Иван трудился на вербилковском заводе, а через несколько лет стал директором местного Дома отдыха. «Вот так и жили, – говорит героиня. – Работали, мечтали, любили. Сын рос, мы старели… Пять лет назад мой муж заболел и умер».

Любимый сын

Александр Замулин родился в 1949 году. Окончил школу, потом получил дополнительное образование в Москве. Там он встретил девушку Наташу, на которой женился, и так и остался жить в столице. У супругов родилась дочь. Сейчас она уже сама мама: ее сын оканчивает одиннадцатый класс. «Семья сына очень хорошая», – в голосе рассказчицы чувствуется любовь и нежность. «Валентина Васильевна, ведь правда хорошая?» – интересуется она уже у соседки по комнате, которая в курсе всех ее дел. Кажется, что она пытается доказать это самой себе. По встревоженному лицу женщины видно, что она уже знает, какой будет следующий вопрос: почему же тогда она здесь, в доме-интернате, а не рядом с заботливым сыном? А дальше начинается рассказ Любови Михайловны, пронизанный горечью и болью. 

«Мой сын заболел: у него возник тромб в коленном суставе. И вы знаете… ему отрезали ногу. Сейчас он инвалид первой группы…» – последние слова она произносит трясущимися губами, еле слышно, слезы проступают у нее на глазах, но она сдерживается. Александр с женой живут в маленькой комнатке, и взять мать не представлялось возможным, даже когда мужчина еще был здоров. В Вербилках, на улице Жуковского, у нее есть дом. Туда иногда приезжает сноха с дочерью. В те редкие моменты они забирают из интерната бабушку и вместе проводят время.

Дом-интернат

Несколько лет назад Любовь Михайловна заболела. Ее сноха Наташа не знала, за что взяться: надо было ухаживать за больным мужем, помогать дочери с ребенком, а тут еще добавились заботы о свекрови. Так наша героиня попала в дом-интернат «Березка». Чем она тут занимается? Просто живет. «Никуда я не хожу, – отмахивается она. – Я и дома-то никуда не ходила: слишком много дел у меня было». Любовь Михайловна любит цветы, их очень много в саду возле ее дома. А еще там растут яблони, груши, сливы, смородина, малина, клубника… «А здесь… – она с грустью обводит рукой вокруг себя, показывая маленькую комнатку. – Вот теперь мой дом». «Мы ходим на концерты, вечера чтения», – подбадривает ее соседка. «Здесь очень хорошо, – подхватывает героиня, а потом с грустью добавляет: – Но я хочу домой… Как он без присмотра? Скоро расцветут пионы…» – глаза Любови Михайловны подернуты дымкой прекрасных воспоминаний о своем доме, и кажется, что она уже далеко: ходит по саду, убирает сломанные ветки и радостно улыбается теплому майскому солнцу… Мой вопрос возвращает ее в реальность: «О чем вы мечтаете?» Она делает глубокий вдох: «У меня сейчас одна мечта – чтобы мой сын был здоров и долго жил…»

Вместо заключения

Замечательный писатель Эрих Мария Ремарк много внимания в своем творчестве уделил так называемому потерянному поколению – молодым людям, попавшим в жернова двух войн: Первой и Второй мировой. Рано призванные на фронт и вынужденные убивать, по возвращении домой они не могли найти себя в мирной жизни: ломались, спивались, впадали в депрессию. Такие случаи нередки были в Европе в первой половине XX века. 

Но этого нельзя сказать о наших, русских людях: многие проявляли стойкость и героизм на полях сражений и в тылу ради того, чтобы вернуться домой и обнять семью, чтобы найти любовь и построить свое счастье. У них было ясное понимание, как надо жить после войны. Их нельзя назвать растерянными или сломленными: да, было сложно, но они крепились, много работали и знали, чего хотят добиться. Они привыкли быть полезными и нужными… Но почему же тогда эти старики такие потерянные теперь? Может быть, потому, что о них забыли? Поколение 30-х годов стало потерянным… спустя 70 лет.

***

…Мы вместе с социальными работниками молча идем по светлым коридорам «Березки». Говорить не хочется, на душе тяжело, чувствуется даже некоторая опустошенность. Слышно, как за закрытой дверью плачет Любовь Михайловна – наша беседа напомнила ей о наболевшем. Ее успокаивает соседка, по печальной интонации которой понятно, что она встревожена, ведь тоже попала сюда не просто так. «Всё будет хорошо…» – как эхо, доносится нам вслед.

Спецпроект: