A+

От первого лица: Наталья Бархатова – о жизни, борьбе и заветной мечте (история от читательницы портала)

Когда я родилась, маме было за тридцать, папе – за сорок. В первые же дни оказалось, что природа на мне отдохнула: слабые мышцы, гипертонус, судороги, нулевой иммунитет.
Родственники искали виноватых, устраивали друг другу скандалы. Папина семья вообще не хотела нас с мамой принимать – не их я «породы». В итоге папа не выдержал и переехал к своим родителям, а я осталась с мамой, бабушкой и прабабушкой.
Я училась в одной из лучших школ (лицее) района, так как маме и бабушке хотелось, чтобы я окончила именно ее. Я туда не попадала ни по прописке, ни по знаниям (домашний ребенок с намеком на аутизм), но всё-таки как-то меня туда устроили.
В начальных классах мне очень повезло с учительницей, ее звали Тамарой Алексеевной Яковлевой. Она смогла ко мне ключик подобрать, подружилась с семьёй, даже с папой нашла общий язык, в гости приходила, со мной по душам разговаривала.
Благодаря ее поддержке мне нравилось учиться, я была отличницей с похвальными грамотами, как и большинство ребят в классе. Тамара Алексеевна видела в каждом из нас особенную, уникальную личность и помогала нам раскрыться.
А в пятом классе пришла новая классная руководительница, Ольга Витальевна, учитель алгебры. Эдакая «Мэри Поппинс». Строгая, любящая порядок, послушных детей.
Здоровье начало давать сбои: высидеть на жестком стуле, при этом «вгрызаясь» в изучаемую на уроке тему, становилось всё труднее. Дома на меня, естественно, давили, требуя не сбавлять темп: «Отличница, с грамотами! Можешь же! Не ленись!»
 

Бабушка была женщиной властной, нацеленной на успех во всём, за что бралась, ей было обидно за меня: здоровье подкачало – нужно брать умом, доказать всем, что не «инвалид».
Пятый класс я окончила с двумя четверками, разочаровав бабушку – она со мной неделю не разговаривала в наказание за «лень». Тем летом у нее обнаружили рак двенадцатиперстной кишки, четвёртая стадия с метастазами: «Оперировать поздно – возраст (66 лет), наркотиков не положено – сама умрёт».
Бабушка боролась до 1 декабря, болезнь её смягчила, но я так с ней и не попрощалась, хотя она меня звала. Стыдно, очень...
Мне было 11, ухаживала мама, плакали втроем, так как не знали, как заставить скорую принять вызов, а когда она приедет – поставить качественный обезболивающий укол, а не анальгин с димедролом.
Наша квартира для меня ассоциировалась с адом: задержишься хоть на пару минут – не выйдешь… Когда мама была у бабушки, я сидела в соседней комнате, заткнув пальцами уши, чтобы не слышать их плач и стоны.
Я сломалась. До ночи болталась на улице с плеером и стаей бездомных собак (бабушка их приручила, они всех, кроме нас с ней, боялись, убегали) или сидела в читальном зале районной библиотеки, где мне были рады и даже давали домой журналы, которые нельзя было выносить из зала, под честное слово.
В школе поползли слухи обо мне в духе желтой прессы, строились догадки, чем может заниматься девочка вместо учёбы, да ещё тайно от родителей. Меня пытались исключить, маму вызывали в кабинет директора, требовали держать меня на коротком поводке: «Это же не нормально, когда семья не в курсе времяпрепровождения подростка!»
Мама была загнана в угол, не знала, как исправить положение. Мы были в осаде. 
Когда бабушка умерла, главой нашей маленькой женской семьи стала прабабушка, баба Таня. Ей к тому времени исполнилось 87, плохо слышала, болели ноги, как сейчас у меня, но она в нас с мамой души не чаяла. Готовила обед, со мной любила разговаривать, я ее учила всему, что было интересно мне.
За кухонным столом мы сидели друг напротив друга (она спиной к окну, я – двери) и корчили смешные рожицы, пока мама не видела. Она обожала смотреть телевизор, хотя и не слышала звуков, была настоящей фанаткой Валдиса Пельша и шоу «Угадай мелодию!». Называла его в шутку «своим парнем». Как бы себя ни чувствовала, а стоило сказать, что кино показывают, вставала и шла к телевизору: «Там же парня моего показывают! Парня...»
 

Именно баба Таня увидела клип Blue System «For the children», который стал моим «убежищем» на многие годы. В нем Дитер Болен (продюсер и гитарист гр. Modern Talking) с хором детей из неблагополучных семей пел гимн организации UNICEF.
Знаете, в ролике была такая тёплая атмосфера, что мне захотелось сбежать из дома и найти этот хор. Я не знала, что Дитер – ого-го какая величина в шоу-бизнесе, для меня он был просто дядей Ди, который по телевизору на английском с ребятами поёт. Главное, он улыбался детям, вел себя с ними как папа. Мне так не хватало положительного внимания взрослого человека.
Осенью 1996-го мне приснился сон: маленький светловолосый мальчик и дядя Ди играют на площадке. Они дурачатся, ведут себя как лучшие друзья. Когда выходят другие дети, мальчик представляет им своего друга: «Это – Ди, лучше-прелучший старший брат на свете! А я – Джимми».
Бред, конечно, но этот сон подарил мне столько положительных эмоций, что я… Да, я начала сочинять продолжение. Так появилась авторская серия «Джимми и Ди», моя визитная карточка.
В школе дела шли хуже и хуже, я скатилась на двойки. Если ко мне не так обратились или не то сказали, я могла ответить, что не готова, хотя прекрасно знала тему, а учителям того было и надо. После очередного скандала я пропадала из виду на несколько дней – просто ноги не шли в сторону школы, и всё.
В один из таких «выходных» я качалась на качелях под песни Blue System, думая о том о сем, и меня осенило: а может, и мне тоже научиться петь?
Я всерьёз взялась за дело. Часами мучала горло и диктофон, подпевая Дитеру. Никак! Ухо слышит фальшь, а голос не тянет. Брать уроки мне не позволяла гордыня – и страх: «Да кто меня примет в коллектив? Я ж «позор рода человеческого»!»
 

По чистой случайности я наткнулась на песню Can this be love? (речитатив-диалог, исполненный Дитером соло). Люди, это – «моё»! Я выделила для себя партию по схеме: «Я завожу разговор – Дитер отвечает». Получилось интересно. 
Я взялась вначале за английский, потом и за немецкий, через редакцию журнала Американского клуба собаководства нашла друзей по переписке в Глендейле, Южная Калифорния (очень приятная семья), увлеклась исполнением рэпа, поступила в юридическую академию, начала писать статьи...
Связаться с Дитером Боленом пока не удается. Интерес к проекту «Джимми и Ди» со стороны пользователей социальных сетей, работников СМИ и издательств растет с каждым днём.
Понимаю, что занят, но тем не менее есть шанс, что он обратит внимание. Участие в проектах и акциях, направленных на поддержку детей и подростков, для него важно: он счастливый отец шестерых детей, младшему сыну скоро исполнится год, в интервью признался, что «менять подгузники для меня сейчас приятнее, чем писать песни».
Мне бы хотелось, чтобы мою историю услышали люди, которые могут пригласить господина Болена в уральскую столицу на несколько часов в этом году. Я сотрудничаю с региональными СМИ, будет реклама волшебникам, даже пресс-конференцию можно организовать.
Ехать в Германию я не могу – дома лежу, на улице – с двумя палочками в сопровождении мамы.
В любом случае большое спасибо, что прочитали мою исповедь.
Я нашла место под солнцем, как бы пафосно ни звучало, не покидая родного Екатеринбурга. Теперь я счастлива.
Дорогу указывает мечта!
 

 
Наталья Бархатова,
фото из личного архива
Канал Натальи на youtube
Страничка Натальи на сайте «Неинвалид.Ру»
С серией рассказов «Джимми и Ди» можно ознакомиться в социальной сети «ВКонтакте» – в группе «Наталья Бархатова. Меня спасла Мечта»

Раздел: